admin

Развивающиеся страны столкнулись с критическим сокращением внешней помощи для финансирования расходов на здравоохранение, сообщила директор по вопросам финансирования и экономики здравоохранения Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) Калипсо Халкиду на брифинге в Женеве, передает ТАСС. Эти расходы раньше покрывались за счет взносов США и других стран.

Халкиду подтвердила, что решение правительства США о замораживании или прекращении программ помощи привели к серьезным сбоям в ряде национальных систем здравоохранения. Она отметила, что ситуация усугубляется тем, что в I квартале текущего года 11 стран — членов комитета содействия развитию Организации сотрудничества и экономического развития (ОЭСР), включая Австралию, Бельгию, Великобританию, Германию, Испанию, Канаду, Нидерланды, Францию, Швейцарию и Швецию, объявили о сокращении бюджетов на помощь в сфере здравоохранения в 2025 году.

По прогнозам ВОЗ, в 2025 году помощь развивающимся странам на цели здравоохранения сократится на 35—40% по сравнению с базовым уровнем 2023 года. Финансирование сократится примерно на 10 млрд долл., с 25,2 млрд долл. в 2023 году.

Халкиду напомнила, что внешняя помощь играет важную роль в финансировании систем здравоохранения в ряде стран к югу от Сахары. Так, взносы США закрывали до 30% текущих расходов на медицину в Малави, до 25% — в Мозамбике и Зимбабве.

После заявлений президента США Дональда Трампа о прекращении членства страны в ВОЗ в январе 2025 года организация заморозила набор персонала и значительно сократила расходы на командировки сотрудников, писал «МВ». Также планируется пересмотреть основные контракты на закупки.

Россия не планирует отказываться от финансирования организации. При этом, как заявило внешнеполитическое ведомство, крайне важно, чтобы деятельность ВОЗ оставалась деполитизированной, научно обоснованной и отвечала интересам всех государств-членов.

Суд в Санкт-Петербурге вынес приговор двум медработникам городского консультативно-диагностического центра (КДЦ) № 1 по обвинению в халатности. Заместитель главного врача по медицинской части Александра Феофанова и заведующая отделом лучевой диагностики Елена Медведева признаны виновными в отравлении пациентов сульфатом бария.  

В суде установлено, что должностные лица КДЦ № 1 в период с июля 2021 по январь 2022 года допустили закупку и использование в качестве контрастного вещества, принимаемого пациентами для рентгенографии желудка, промышленного сульфата бария, не предназначенного для использования в медицинских целях. В результате восемь человек скончались, четырем был причинен вред здоровью различных степеней тяжести, у 40 значительно ухудшилось состояние здоровья. 

Медведеву приговорили к пяти годам лишения свободы, Феофанова осуждена на 4 года и 5 месяцев. Обе также лишены права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий в медорганизациях. Отбывать наказание они будут в исправительной колонии общего режима.

Уголовные дела в отношении бывшего главного врача КДЦ Евгения Попова и его заместителя по лечебной и экспертной работе Натальи Суровенко были выделены в отдельное производство. По данным прокуратуры, сейчас они приостановлены в связи с прохождением фигурантами службы в зоне специальной военной операции.

Кроме того, суд взыскал с КДЦ № 1 в пользу потерпевших свыше 4 млн руб. в качестве компенсации морального и материального вреда. В случае недостаточности у медучреждения имущества, на которое может быть обращено взыскание по искам, субсидиарная ответственность возложена на Комитет по здравоохранению Санкт-Петербурга.  

Ученые из Манчестерского университета оценили, как разные опиоидные препараты влияют на вероятность развития тяжелого запора у пациентов с неонкологической болью. Результаты исследования опубликованы в журнале BMC Medicine.

Анализ показал, что морфин, оксикодон, фентанил и комбинированные опиоиды были связаны с более высоким риском запора по сравнению с кодеином. Самый высокий риск отмечен у пациентов, получавших комбинированные препараты, — в 1,85 раза. Морфин повышал риск запора на 59%, оксикодон — на 46%, фентанил — на 37%. В то же время прием трамадола ассоциировался с самой низкой вероятностью развития запора — риск повышался на 20% по сравнению с кодеином.

Анализ также показал, что доза имеет значение. Прием дозы, эквивалентной 50 мг морфина в день и более (50 MME), по сравнению с меньшими дозами повышал риск запора почти в 2 раза. У пациентов, получавших 120 MME в сутки и более, риск запора был выше на 45% по сравнению с теми, кто принимал менее 50 MME в сутки.

Авторы заключили, что морфин, оксикодон, фентанил и комбинированные препараты связаны с повышенным риском запора по сравнению с кодеином, особенно при дозах выше 50 MME в день. Эти данные помогут врачам индивидуализировать анальгезию с учетом переносимости и потенциальных побочных эффектов.

Члены Комитета Госдумы по охране здоровья на заседании 18 июня предложили дополнительно проработать законопроект о запрете распоряжаться средствами от штрафов, которые страховые медицинские организации (СМО) налагают на клиники. Новеллы предполагали направление этих средств в территориальные фонды ОМС. Предусмотренные документом изменения создают риски снижения эффективности системы контроля за оказанием медпомощи в рамках программы ОМС, что может привести к снижению ее качества и доступности, а также неэффективному использованию средств.

Кроме того, в соответствии со ст.14 Федерального закона № 326-ФЗ деньги, поступающие в СМО, целевые. Их направляют в медорганизации по договорам на оплату медпомощи. Таким образом, предлагаемые изменения могут негативно отразиться на оказании медицинской помощи застрахованным, сказано в заключении комитета.

«В представленных к законопроекту материалах отсутствует анализ предполагаемого экономического эффекта от предлагаемых мер, а также их влияния на исполнение бюджетов территориальных фондов ОМС как в части ожидаемых дополнительных доходов, так и в части расходования нормированных страховых запасов. Также не приведены расчеты и финансово-экономическое обоснование возможного влияния изменений на доходную и расходную части бюджетов территориальных фондов ОМС и на финансовую стабильность СМО в условиях предлагаемого перераспределения средств, получаемых от медицинских организаций в результате применения к ним санкций за нарушения», — следует из документа.

Авторы законопроекта в пояснительной записке отмечали, что с 2021 по 2023 год суммы штрафов, применяемых СМО к медорганизациям, выросли в 2—6 раз и более. По мнению депутатов, это связано со злоупотреблениями со стороны страховщиков, которые заинтересованы в строгих проверках и связанных с этим ростом доходов. В недавнем интервью «МВ» сопредседатель Всероссийского союза страховщиков (ВСС) Роман Щеглеватых опровергал это.

В ходе обсуждения ВСС раскритиковал документ. В организации пояснили, что собственные средства нужны СМО для формирования пула высококвалифицированных экспертов, которые участвуют в экспертизах качества. Снижение доходов неизбежно приведет к падению качества медпомощи.